Королева-Волчица
Книга шестая
Вогин Джарт
Записано Инзоликусом, мудрецом второго века:
3E 120:
Пятнадцатилетняя королева Кинтира Септим II, дочь Антиохуса, была коронована на третий день Первого зерна. Ее дядья Магнус, король Лимота, и Сефорус, король Гилейна, присутствовали при том, но ее тетушка Потема, Королева-Волчица Солитьюда, была удалена от двора. Вернувшись в свое королевство, Потема начала плести заговор, приведший к восстанию, названному в хрониках войной Красного Алмаза. Все союзники, которых она собрала за годы правления, недовольные короли и знатные лорды, соединили с ней свои силы в борьбе против новой молодой императрицы.
Первые удары, нанесенные по Империи, были успешны. Имперская армия была атакована в Скайриме и северной части Хай Рока. Потема и ее единомышленники распространяли восстание как чуму по всему Тамриэлю, везде поднимая бунты и учиняя беспорядки. Осенью того же года, верный законной власти герцог Гленпойнта, что на побережье Хай Рока, попросил срочной помощи у Имперской армии, и Кинтира, желая поддержать дух своих поданных в борьбе против Королевы-Волчицы, сама повела войско.
3E 121:
"Мы не знаем, где они, - сказал герцог в глубоком недоумении. - Я разослал вокруг разведчиков. Можно только предположить, что они отступили на север, узнав о прибытии вашей армии".
"Мне неприятно говорить об этом, но я надеялась на битву, - заметила Кинтира. - Я хочу насадить голову моей тетушки на пику и шествовать с ней по всей Империи. Ее сынок Уриэль и его армия находятся прямо на границах Имперской провинции, насмехаясь надо мной. И как им удается так успешно вести бои? Они действительно так хорошо обучены, или мои подданные попросту меня ненавидят?"
Она очень устала от бесконечного путешествия по раскисшим дорогам Империи этой осенью и зимой. При переходе через горы Драгонтейл ее армия напоролась на засаду. Страшная пурга в тихом Двиннене, славном своим мягким климатом, оказалась настолько неожиданной и жестокой, что не оставалось сомнений - ее наслал один из магов, союзных Потеме. Куда не посмотри, везде было заметно ее влияние. А теперь шанс схватиться с ней лицом к лицу неожиданно исчез. Императрица теряла самообладание.
"Это всего лишь страх, простой и незамутненный, - сказал герцог. - Ее главное оружие".
"Я хочу задать вопрос, - произнесла Кинтира, надеясь, что переход на другую тему позволит ей скрыть тот самый страх, о котором помянул герцог. - Вы видели ее армию. Правда ли, что она включила в состав войска нежить?"
"Нет, вот это как раз неправда, но она старательно распространяет подобные слухи. Она любит атаковать ночью, частично по стратегическим соображениям, а частично, для того чтобы усилить атмосферу страха. У нее нет, насколько мне известно, никакой сверхъестественной поддержки, кроме обычных для современной армии клинков ночи и боевых магов".
"Ночью, всегда ночью... - задумчиво проговорила Кинтира. - Быть может, она делает это еще и для того, чтобы ввести противника в заблуждение относительно истинной численности ее армии".
"И, конечно, чтобы выйти на заданные позиции до того, как ее армию заметят, - добавил герцог. - Она мастерица по части скрытной подготовки к нападению. Когда вы слышите топот ног на востоке, можете быть уверены, что она занимает стратегическую позицию к югу. Но, моя императрица, мы можем обсудить это все и завтра утром. Я приготовил лучшие комнаты замка для вас и вашей свиты".
Кинтира проследовала в свою башню. При свете луны и одинокой сальной свечки она начала писать письмо своему будущему мужу, лорду Моделлусу, который находился в столице. Она надеялась, что венчание состоится этим летом, в Синем дворце, который так любила ее бабушка Квинтилла, но война могла расстроить все планы. Изредка, отрывая глаза от письма, она смотрела во двор, на деревья - зимние, холодные, лишенные листьев. Двое ее охранников стояли у входа на парапете, всего в нескольких шагах друг от друга. "Прямо как Моделлус и я..." - подумала она и поспешила занести эту метафору на бумагу.
Стук в дверь прервал ее поэтические экзерсисы.
"Ваше величество, письмо от лорда Моделлуса", - сказал курьер, передавая ей бумагу.
Записка была короткая, и она прочитала ее быстро, еще до того, как курьер ушел: "Странно. Когда это было написано?"
"Неделю назад, - сообщил курьер. - Он сказал, что это срочно, и должно быть доставлено, пока он мобилизует армию. Думаю, они уже покинули столицу".
Кинтира отпустила гонца. Моделлус упоминал письмо от нее с требованием срочной мобилизации армии и прибытия к Гленпойнту для участия в битве. Но битвы при Гленпойнте не намечалось, да и прибыла она только что. Кто же написал письмо, подделав ее почерк, и кому могла понадобиться вторая армия в Хай Роке?
Из окна потянуло холодом, и Кинтира подошла, чтобы прикрыть его. Охранников на парапете уже не было. Услышав неясные звуки борьбы у одного из мертвых деревьев, она перегнулась через подоконник и не слышала, как открылась дверь за спиной.
Когда она повернулась, у входа уже стояли Потема и Ментин, герцог Гленпойнта, с солдатами.
"Вы тихо ходите, тетушка, - сказала она после паузы. Она повернулась к герцогу. - Что заставило вас презреть свою верность Империи? Страх?"
"И еще деньги", - просто ответил герцог.
"Что случилось с моей армией? - спросила Кинтира, стараясь смотреть Потеме прямо в лицо. - Неужели битва уже кончена?"
"Ваши люди мертвы, - заулыбалась Потема. - Но в битве не было необходимости. Их просто тихо перерезали поодиночке. Еще будут битвы - против Моделлуса в горах Драгонтейл и взятие Имперского города. Я буду сообщать вам о ходе войны".
"И я буду вашей заложницей? - спросила Кинтира, внезапно похолодев от мысли о твердом камне высокой башни. - Проклятье, я ведь ваша императрица!"
"Но посмотри, моя девочка - я делаю тебя из третьесортной правительницы первосортной мученицей, - похлопав ресницами, сказала Потема. - Насколько я понимаю, благодарности ждать не приходится".